Игорь ЛавровскийСегодня мы наблюдаем за рождением новой России. Есть люди, которые просчитали, обосновали это экономически. У них есть рецепт, что может поднять Россию и как выживать в новое время. Игорь Лавровский — экономист, председатель комитета по валютно-финансовой и денежно-кредитной политике «Деловой России», директор консалтинговой компании «Контако» имеет особый взгляд на российское «завтра». Он считает, что у «северность» страны определяет его экономическое развитие. О металлургии, инновациях и брендах в контексте экономики Игорь Лавровский рассказал БИЗНЕС-PRO.

В одной из своих лекций в Москве Вы высказали точку зрения о том, что регионам для развития не надо «изобретать велосипед». Малый и средний бизнес спасет франшиза?

Развиваться нужно быстро. Кризис никуда не делся, внешнеторговая конъюнктура может поменяться в любой момент, а профицит бюджета может смениться многолетним дефицитом. Поэтому проблема создания новых рабочих мест будет только обостряться. При этом не нужно заново изобретать то, что уже кем-то изобретено. Франшиза даёт возможность максимально быстро приобрести современную технологию и не только для мелкого и среднего, но и для довольно крупного бизнеса. Сдвиг в сторону сферы услуг произошёл уже во всех развитых странах, Россия догоняет. В Москве и в других крупных городах основной прирост ВВП в течение последних лет происходит именно за счёт роста сферы услуг и торговли. Вложения в оптовые и розничные сети, в франчайзинг помогут распространить передовой уровень технологии бизнеса на всю территорию России. Собственно, это и есть рыночная инфраструктура. Сети тащат за собой крупную логистику и предъявляют платёжеспособный спрос на продукцию местных поставщиков. Надо понимать, что теперь мы живём в конкурентной экономике и для того, чтобы хорошо производить, нужно научиться хорошо продавать.

Неужели не нужны инновации?

«Инновационная экономика« — это плохо поставленная цель. В реальности инновационная экономика – это очень узкий сектор, в котором занято сравнительно мало людей. Для экономики в целом гораздо важнее распространение уже созданной коммерческой технологии. С другой стороны, национальная конкурентоспособность зависит от способности производить сложные виды продукции, необходимые для поддержки обороноспособности и национального престижа. Я считаю, что инновации важны не сами по себе – инновации ради инноваций, а для того, чтобы добиться существенных прорывов в развитии нашей экономики и достижения политических целей. Если бы я был министром экономики, то помимо содействия максимально быстрому распространению франшиз поддержал бы создание скоростного железнодорожного транспорта нового поколения, который вновь связал бы необъятную Россию воедино. Небольшие по нашим стандартам Франция и Япония имеют скоростные железные дороги, а мы – практически нет. Я бы также поддержал инновационную деятельность в сфере улучшения покрытия автомобильных дорог в наших северных условиях и создания энергосистем нового поколения. Мы должны использовать наши мозги не для обогащения и без того богатых иностранных компаний, а для решения своих собственных назревших и перезревших проблем.

А как быть с гигантами? Металлургия, угольная отрасль.

Тяжёлую промышленность, доставшуюся от СССР, ждёт трудное будущее. В том виде,  в каком она существует сейчас, у неё мало шансов на выживание. Даже нефтегазовая отрасль, несмотря на высокие экспортные доходы, во многом упустила шансы на эффективное восстановление. Алюминиевая промышленность вошла в кризис. Необходима большая структурная модернизация этих отраслей, обновление основных фондов, экологизация технологических процессов – общее осовременивание. Без государственной поддержки вряд ли это возможно.

На Ваш взгляд, что даст России экономические ресурсы для роста в перспективе?

Россия полна экономическими ресурсами. Это огромная недоосвоенная территория, недоустроенное, недообразованное население. Очень много всяких недо-. Нужно преодолеть эту привычную недоделанность и довести экономику до уровня мировых лидеров. Имеющиеся обильные ресурсы используются совершенно недостаточно. Не развито местное производство. В советской экономике акцент делался на огромные специализированные предприятия, продукция которых перемещалась по всей стране. А местная промышленность развивалась через пень колоду. Это перекос до сих пор не устранён. Я считаю, что рост региональной промышленности  для регионального и общенационального рынка явится основным двигателем роста российской экономики в обозримой перспективе. Региональная промышленность плюс общенациональная инфраструктура – вот формула успеха.

Что такое «современный бренд» в Вашем понимании?

Бренд – торговая марка – это не новое изобретение. Пасхальные яйца Фаберже, вологодские кружева, оренбургские платки, тульские самовары – всё это не новые, а старые классические концепции. Не только совсем старая Россия, но и СССР насоздавали много хороших успешных торговых марок. В этом нет ничего такого сверхсовременного. Торговая марка – это знак доверия рынка к конкретной продукции.

В своих работах Вы приходите к выводу, что Россия — «северная страна». Это как? Особенно в свете глобализации?

У каждой страны свой путь. Не существует усреднённой «Европы«, усреднённого «Запада«, усреднённой «Азии«. Греция мало похожа на Англию, а Япония на Пакистан. Попытки подстроиться под усреднённые «цивилизованные страны«, существующие только в воображении, приводят к нелепым и жалким результатам. Конечно, Россия развивалась в русле европейской цивилизации, но и азиатские цивилизации внесли важный вклад в нашу культуру и государственность. Находясь на северном краю Евразии, Россия имеет много общего с другими северными странами – Скандинавией, Канадой, некогда российской, а теперь американской Аляской. Наша «северность« определяет специфику нашей экономики. Поэтому нам бессмысленно сравнивать себя с тёплой от Гольфстрима Европой. Сравнения с Канадой и Скандинавией будут точнее. Что касается глобализации, то она не означает всеобщей унификации. Глобализация – это открытие рынков, а не всеобщая унификация. Унифицироваться могут технологические приёмы и особенности экономического регулирования, но не культура и не политика. Экономика глобальна – культура национальна.

Итак, глобализация — это зло или благо для России? Чем она чревата для регионов?

Глобализация – это не гарантия, это возможность. Соответственно, если мы используем возможность во благо – это благо. Если в погоне за импортом только разрушаем местную экономику и культуру – это зло. Но эти« зло« и «благо« — не в глобализации как таковой. Они в нас самих. Для российских регионов глобализация даёт величайший шанс в истории на экономическое развитие. Но этот шанс может быть использован, а может быть упущен.

В Сибири есть несколько регионов, чью экономику можно назвать ресурсной. На Ваш взгляд, какие могут быть перспективы у угольных, например, регионов. Что следует развивать, от чего сегодня стоит отказаться наверняка?

Уголь – ценный ресурс, из которого нужно выжать максимум возможного. Апологетика рынка и сиюминутной наживы сыграла свою пагубную роль. После десятилетий советского недопотребления наступили десятилетия постсоветского недоинвестирования. Никто не занимается планированием и никто не думает о завтрашнем дне. А в некоторых регионах могли бы возникнуть огромные технологические кластеры, связанные с углем. Российское правительство ищет инноваций там, где нас нет. А ведь естественная область инновационной активности – это наши сильнейшие отрасли, в том числе угольная. Однако технология улавливания углерода при сжигании угля, технология добычи метана из угольных пластов изобретены и развиты не в России. Имея огромный внутренний спрос на добывающее и транспортное оборудование для угледобычи, мы могли бы поддерживать мощный отечественный машиностроительный сектор. Вместо этого мы закупаем оборудование за рубежом. Я считаю, что нужен план развития угольных регионов Сибири, в котором получит отражение не только развитие угольной отрасли и угольной технологии, но и смежных отраслей, отраслей местной промышленности, инфраструктуры, городов и рекреационных зон. Пора возвращаться к планированию, но делать это уже на гораздо более высоком уровне, чем в советские времена.

БИЗНЕС-PRO, Москва